Киллер из шкафа - Страница 55


К оглавлению

55

Два бойца, спрятав в ближайших кустах автоматы, постучались в дверь и, матерясь, вошли в караулку. Оба они были в майорской форме. И от обоих густо пахло спиртным.

Запах водки и семиэтажный мат были лучшим паролем и лучшим пропуском.

— Вы что это тут? Службу тянете? Или клювом щелкаете? — заорали с порога они.

Майоры были незнакомые. Но очень борзые. Потому что орали. И бродили по части в дым пьяные. И значит, имели право на наглость. Раз пьяные и раз орали.

— Кто старший?!

— Я! Товарищ майор...

— Как стоишь? Мать твою... Как службу несешь? Твою мать... Ты знаешь, что у тебя на постах личный состав спит? Как баба на перине...

— Никак нет.

Второй майор смещался в сторону отдыхающей смены.

— Ты чего лыбишься? На губу хочешь?..

— Никак нет. Товарищ майор...

— Тамбовский волк тебе...

Второй майор кашлянул. Что означало, что он на месте.

— Простите, товарищ майор... А вы?.. Я вас не знаю, а здесь посторонним... Вы откуда? Вы кто?.. — начал приходить в себя начальник караула.

— Я? Твой дембель, — сказал майор и точным ударом в переносицу свалил противника на пол.

Второй майор двумя ударами осадил дернувшихся к оружию бойцов. И вытащил два пистолета, дула которых уставил в лица личного состава.

— Тихо! И никаких лишних движений, — сказал он совершенно трезвым голосом. — На хрена вам нужен этот героизм? Ради чужих офицерских звездочек? Вас дома невесты ждут.

Бойцы подняли руки.

— Лицом к стене!

Бойцы выстроились вдоль стены.

— У нас все в порядке, — доложили по рации майоры.

— У нас тоже. Два поста свободны.

— А третий?

— С третьим заминка. Там подходы неудобные. Не подобраться, если пароля не знать.

— Ясно. Ждите нас через пять минут. Майоры отложили рацию и повернулись к бойцам караула.

— В общем, так, ребята, дело ваше совершенно хреновое. Если не сказать хуже. Или мы вас мочим, или вы говорите нам сегодняшний пароль. Выбирайте — долгая жизнь против одного короткого слова. А чтобы не кому-нибудь одному отдуваться, вы назовете его хором. На счет «три». Потому что на счет «четыре» я перережу глотку вашему товарищу.

И майор приставил к горлу ближайшего к нему бойца лезвие штык-ножа.

— Раз. Два...

— Семафор!

— А теперь сняли ремни, сняли брюки, сели и вытянули руки и ноги вперед. Чтобы не дергаться и иметь алиби для будущего следствия. Развязываться не рекомендую. Потому что с того, кто развяжется, спрос командиров будет особый. Почему не предупредил, почему не стрелял, почему не предпочел героическую смерть позору? А с тех, кто не мог сдвинуться, — взятки гладки. Так что вам лучше лишний раз не шевелиться, чтобы узлы ненароком не ослабли... Это вы поняли?

Бойцы караула ожесточенно закивали головами.

— Ну вот и славно. А главное, без лишних жертв. Затем разведчики вышли из караулки, толкая впереди себя разводящего.

— Стой, кто идет! Пароль!

— Семафор идет...

Когда часовой разглядел приближавшихся к нему людей и понял, что они чужие, а разводящий не больше чем толкаемая ими сзади «кукла», было поздно.

Часовые были сняты без потерь с обеих сторон. Теперь удара в спину ждать не приходилось. Путь был свободен.

— Работа сделана. Как поняли меня?

— Понял тебя. Работа сделана. Всем приготовиться к атаке.

— Приготовиться к атаке...

— Приготовиться к атаке...

— Приготовиться... — передали по цепочке приказ бойцы. Разом поднялись и неслышным кошачьим шагом двинулись к забору.

В этой отдельно взятой части мир отсчитывал последние секунды. В этой отдельно взятой части очень скоро должна была начаться война. Не мировая. И не отечественная. Скорее гражданская. Потому что в основе ее были не политика и не раздел колоний, но ненависть и месть!

Глава тридцать седьмая

— Ну вот видишь, можешь же, когда хочешь, — удовлетворенно сказало начальство, прочитавшее рапорт старшего следователя городского отдела внутренних дел Старкова. — Давно бы так. Теперь мы их в два счета... А? Как думаешь, сыщик?

— Наверное...

— Не слышу уверенности в голосе.

— Ну, может быть, не сразу, но дожмем...

— Дожмем! Один не дожмешь, сообща дожмем. Нам бы только того Иванова отыскать. Который в этой истории, по всей видимости, не последняя фигура. Найти и прижучить! И расколоть до самых до... пяток.

Шесть трупов! Это тебе не пустяк. Дело, считай, всероссийского масштаба.

Это если только шесть! Если за ним другие мертвяки не потянутся. Вполне может быть, что потянутся. Тот, кто, глазом не моргнув, способен разом шестерых на тот свет отправить, вполне вероятно, и раньше в выборе средств не особо стеснялся. Не запрашивал ты подобные по почерку висячки? Когда из пистолета в башку?

— Нет.

— Зря не запрашивал. Я нутром чую, что за ним не одно только это дело числится. И не одни только эти мертвяки. Вполне может быть, что он профессионал, которого по этому происшествию в качестве ударной силы наняли. И значит, он как минимум знает организаторов всей этой бойни.

— Ну это вряд ли, что профессионал.

— А пять пуль в башку, как в яблочко неподвижной мишени? А спиленные до десен зубы? Ты же сам об этом вот здесь пишешь.

— Но лишь в качестве одной из рабочих гипотез.

— Одной из наиболее убедительных гипотез. Ну ты прикинь, в первом эпизоде он собственноручно пятерых положил. А во втором, который по тому же адресу, и в третьем, который в морге, никак себя не проявил. Как будто сделал дело и слинял. Очень такой подход на профессиональный похож.

55