Киллер из шкафа - Страница 29


К оглавлению

29

— Или семь.

— Так шесть или семь?

— Я затрудняюсь сказать.

— В таком случае просмотрите пока вот эти прайс-листы с перечнем предлагаемых нами видов услуг и ценами на них. И вот эти альбомы, где вы найдете фотографии и характеристики имеющегося в наличии личного состава. А я пока, с вашего разрешения, Удалюсь...

И представитель фирмы вышел. К главе фирмы.

— Там оптовый покупатель, — сказал он. — Какой-то странный покупатель.

— Чем странный?

— Неконкретный. Требует охрану, но не может сформулировать, для чего она нужна. Деньги, судя по всему, имеет. Но ни внешним видом, ни манерами бизнесмена совершенно не напоминает.

— Может, он из криминала?

— Нет, на криминал он тоже не похож. Не те повадки. Не тот разговор.

— А кого тогда напоминает?

— Случайного прохожего, который нашел клад и теперь не знает, что с ним делать. И боится, что его отберут. И вообще всего на свете боится.

— Так, может, он просто страдающий манией преследования псих?

— Может, и псих. Но только псих с пачкой наличных долларов.

— Да, психов с долларами не бывает. Вот что, просмотри-ка на всякий случай последние ориентировки МВД. Вдруг он там мелькнет. Вдруг он действительно нашел то, что у других пропало.

И глава фирмы пододвинул к представителю переносной компьютер.

— Смотри в папке «Новопоступившая информация».

— Да знаю я.

На цветном экране замелькали лица. Сфотографированные анфас и в профиль. Лица беглых преступников, пропавших граждан и неопознанных трупов.

— Вот он! — почти даже без удивления сказал представитель.

— Уверен?

— Совершенно. Одно лицо.

— Иванов Иван Иванович. Разыскивается в качестве свидетеля, проходящего по одному из уголовных дел, — прочитал шеф охранников сопутствующую информацию.

— Может, отправить его? От греха подальше.

— Погоди отправлять. Если всех отправлять, мы с тобой без работы останемся. Милицейская ориентировка сама по себе не может служить поводом для отказа от клиента. Тем более он в ней обозначен только свидетелем. Давай так, ты переправь его на завтра или даже на послезавтра. А я пока по своим каналам справки наведу. Кто он такой? В связи с чем разыскивается. Ну и вообще...

— А если он послезавтра не придет?

— А ты задаток возьми. И обяжи явиться послезавтра в семнадцать часов для знакомства с личным составом, который будет его охранять. Тогда он никуда не денется. Тогда как минимум за оставленными деньгами придет...

Глава двадцать вторая

В последнее время к работникам следственной бригады Старкова зачастили земляки из глубинки, которые представлялись дальними, седьмая вода на киселе, родственниками или детсадовскими, с соседней кроватки, приятелями.

— Ну ты чего, не помнишь, что ли? Твоя кроватка была у стены, а моя аккурат у двери стояла. Да ну как не помнишь? Ты еще у меня как-то машинку пожарную хотел отобрать, а я тебе ею по голове вдарил...

Детсадовские приятели привозили дорогие подарки, водку и экзотическую закуску.

— Это раки. Сам ловил...

— Это опята маринованные. Сам собирал...

— Это медок с пасеки деда Николая. Помнишь такого? Нет? Деда Николая не помнишь...

Потом земляки пили водку и говорили за жизнь.

— Работа у тебя, поди, тяжелая? Гадов ловить. Сколько их развелось-то, гадов этих.

— Много, — говорил захмелевший следователь. — Но мы их все равно всех до одного переловим. Потому что вор должен сидеть в тюрьме! Это я тебе говорю.

— Погоди, это же, кажется, Высоцкий говорил.

— Он раньше говорил. А я теперь говорю.

— А платят тебе за это дело сколько? — интересовался приятель.

— Да уж поболе, чем тебе.

— Не, ну сколько? Следователь называл.

— Всего-то? Да я дома на сене больше возьму. Дешево вас ценят. Как же так можно, когда каждый день жизнью рискуешь...

Потом земляки снова пили. Почти до беспамятства.

— Ну а дело ты мне какое-нибудь можешь рассказать? Позабористей. Ну, чтобы с трупами. Или у тебя только карманники?

— У меня карманники? Да ты знаешь, какие дела я расследую?

— Какие?

— Такие! О которых в газетах не пишут!

— Ну?

— Точно тебе говорю.

— Ну например?

— Не могу. Нам запрещено до суда.

— Да ты что, мы же земляки! У нас же кроватки рядом...

— Но только тебе! А ты никому!

— Могила!

— Ну вот взять хотя бы самое последнее дело. Чуть не два десятка мертвяков!

— Ну?!

— Точно тебе говорю! Шмаляли друг друга куда ни попадя. А ты говоришь, карманники...

— А кто кого шмалял?

— Вот. Это самое главное. Что я сейчас и расследую.

— А подробней можешь? Нет, ну интересно, как такие дела расследуют. Как тех гадов ловят.

— Подробней? Но только если ты никому!

— Даже не сомневайся...

Утром земляк выкладывал на стол здоровенную пачку денег. И выставлял два стакана водки.

— Это что?

— Это водка. Чтобы голова не болела. После вчерашнего.

— Нет, я не про водку. Я про это.

— Это деньги.

— Какие деньги?

— Гонорар.

— Какой гонорар? Ни черта не понимаю.

— За рассказ о расследовании дела на Агрономической.

— А я что-то рассказал?

— Ты много чего рассказал. Такого, что рассказывать не следовало. Такого, за что снимают погоны. И отправляют в места не столь отдаленные. Предназначенные для проштрафившихся работников милиции.

29