Киллер из шкафа - Страница 112


К оглавлению

112

Машина жены Петра Семеновича свернула к даче и замерла возле ворот.

— Там какая-то машина, — доложил один из бойцов капитану Борцу.

— Какая машина?

— Откуда я знаю какая. Я только знаю, что машина стоит у ворот.

Капитан подбежал к окну и выглянул из-за шторки.

— Черт! Кажется, это его жена!

Растерянные бойцы замерли вдоль стен. Они знали, как нейтрализовать вооруженные до зубов караулы противника и как остановить надвигающиеся на огневые позиции танки, но совершенно не знали, что делать с женами генералов.

— Всем рассредоточиться, — подал капитан полевую команду. — Ну, в смысле спрятаться.

— Где?

— Кто где может! И сидеть как мертвые!

— А этот? — показал один из бойцов на пребывающего без сознания Иванова.

Женщина уже открыла и распахнула ворота.

— Черт возьми! Этого... Этого давай... В шкаф давай!

— Здесь нет шкафов.

— Должны быть. В спальне должен быть! Бросьте его туда. Вряд ли она надолго. Заберет что-нибудь и уедет.

— А если не уедет?

— Уедет. В крайнем случае ее мужу позвоним... Жена Петра Семеновича въехала в ворота, остановилась, вышла из машины и подошла к двери. Бойцы врассыпную бросились кто куда. И замерли.

Женщина открыла дверь, сбросила в коридоре туфли и босиком прошла сразу... в спальню. Оставив входную дверь незапертой. Потому что друг должен был прибыть сразу же следом за ней. А у нее был не тот возраст, чтобы разоблачаться под взглядами мужчин. Она предпочитала освобождаться от одежды заранее и встречать любовников сразу в постели. Считая, что под одеялом возраст вторичен. А вот опыт — напротив... Опыт у нее был. И, как она считала, ее опыт с лихвой компенсировал ее пострадавшие от времени внешние данные. Под одеялом она могла дать сто очков вперед любой малолетней и не искушенной в подобного рода делах вертихвостке.

Жена Петра Семеновича включила рефлектор, расправила одеяло, разделась и занырнула в холодное нутро постели. Чтобы согреть ее своим телом для другого тела.

Друг должен был прибыть с минуты на минуту.

— Еще одна машина! — напряженно, одними губами сказал боец.

— Вижу! — ответил командир.

Во двор зарулила иномарка. Из которой вышел импозантный молодой человек и прямым ходом направился к двери. Похоже, он знал, что дверь не закрыта, что его ждут.

Он сбросил в коридоре туфли и тоже прошел сразу в спальню.

— Это ты? — томно спросила, дотягиваясь под одеялом, женщина.

— Ну а кто еще? — усмехнулся молодой человек.

— Ну, тогда иди сюда. Скорее иди! Я жутко соскучилась, — страстно прошептала женщина. Молодой человек самодовольно усмехнулся.

— Сейчас. Только разденусь.

Молодой человек был очень бережливым молодым человеком и старался содержать в порядке свою одежду.

— Сейчас, — повторил он. И прошел к шкафу. И открыл шкаф.

В шкафу, скрючившись в три погибели, сидел незнакомый мужик.

Молодой человек обернулся к женщине, которая из-под одеяла жадно тянула навстречу ему руки.

— Кто это? — спросил он.

— Кто? — не поняла женщина.

— Что это за мужик? — спросил парень, добавляя в голос стали.

— Какой мужик? — искренне удивилась женщина.

— Вот этот мужик! Который в шкафу!

— Ты что, с ума сошел? — тихо спросила женщина.

— Похоже, сошел. Раз с такой, как ты...

Молодой человек засунул в шкаф руки, ухватил незнакомца за грудки и встряхнул что было сил.

Иван Иванович открыл глаза. И увидел перед собой склоненное, со свирепо выкаченными глазами и перекошенным ртом лицо.

— Ты кто? — жестко спросило лицо.

— Я? — переспросил Иван Иванович. — Я Иванов.

Иван Иванович с трудом понимал, что с ним происходит. И совершенно не понимал, где он и чего от него добивается этот человек. Последнее, что он помнил, — это салон трамвайного вагона, чьи-то жестко вцепившиеся в него руки и темноту, застилающую глаза.

— Кто?!

— Иванов. Иван Иванович.

Молодой человек застонал как от зубной боли.

— Ты как здесь оказался?

— На остановке сел, — сказал Иван Иванович. И вдруг все понял. Понял, что, наверное, это контролер. Который только что сел и очень сильно переживает по поводу того, что пассажир не оплатил свой проезд.

— У меня проездной, — громко сказал он и, доброжелательно улыбнувшись, потянул из кармана картонный прямоугольник.

Молодой человек посмотрел на изображающего психа мужика в шкафу, на испуганно приподнявшуюся на кровати любовницу и дико расхохотался. Он всегда думал, что рассказы про мужиков, прячущихся в шкафах, — это анекдоты. А оказывается, это правда. Правда, случившаяся с ним. Вот он, вот его любовница, вот шкаф и любовник, который в нем сидит!

Любовник, назвавший себя самой распространенной в анекдотах фамилией Иванов...

На том круг и замкнулся. Вернее, не один круг. Много кругов. Кругов ада, через которые между тем первым и этим последним шкафами прошел Иванов Иван Иванович.

Два шкафа разделяли несколько недель, горы трупов, многомиллионные счета в иностранных банках, погони, перестрелки, взаимные конфликты высоких начальников, мафиозные разборки, интриги спецслужб и много еще чего другого.

Иван Иванович снова сидел в шкафу. Только на этот раз он попал туда не случайно и выбраться из него живым шансов у него почти не было. Потому что в соседних комнатах, за шторами и в нишах стен, стояли готовые на все бойцы генерала Петра Семеновича. А от ближнего леса, по кустам, стягивая, словно петли-удавки, два кольца оцепления, подбирались к даче подразделения генерала Трофимова. Потому что гениально задуманная и умело проведенная генералом Трофимовым операция приближалась к своему закономерному итогу. И должна была в самое ближайшее время закончиться безоговорочной капитуляцией врага. Должна была закончиться победой. В немалой степени благодаря блестяще, хотя и не по своей воле, сыгравшей заглавную роль «пустышке», или, как говорят разведчики, «живцу».

112